Санкционный комплаенс и вторичные санкции глазами адвоката, который четверть века объясняет клиентам, почему «мы же не в Америке» — не аргумент.
Аркадий Бух, управляющий партнёр Arkady Bukh Law Firm· Бруклин — Майами · arkadybukhlawfirm.com
За четверть века федеральной практики — от Бруклина до Майами — я видел десятки клиентов, уверенных: раз офис не в США, раз директор — гражданин третьей страны, значит, американский закон где-то далеко, как погода в другом полушарии. Спойлер: у OFAC хороший зонтик и ещё лучшая память. Ниже — несколько уже рассекреченных дел Минюста, Минфина и Госдепартамента США, где именно эта уверенность и подвела фигурантов. Важная оговорка, которую стоит держать в голове на всём протяжении текста: речь всегда о конкретных людях и компаниях, обвиняемых в конкретных преступлениях, — а не о странах, где они базировались. ОАЭ, Казахстан, Азербайджан и Узбекистан были и остаются крупными, уважаемыми деловыми и туристическими центрами с активно растущей, прозрачной финансовой инфраструктурой; именно поэтому местные регуляторы сами всё активнее участвуют в расследованиях и закрывают такие лазейки, как только их находят, — что, откровенно говоря, делает эти юрисдикции только привлекательнее для добросовестного бизнеса.
Бруклин, электроника и война: несколько имён из дел о России
Начнём с самой густонаселённой категории последних лет — экспортных дел, связанных с Россией. Осенью 2023 года прокуратура Восточного округа Нью-Йорка предъявила обвинение по двум отдельным делам о незаконном экспорте товаров двойного назначения. В деле United States v. Goltsev et al. обвинение ссылалось на переписку фигурантов, где обсуждались «тестовые» заказы через посреднические структуры за рубежом — способ проверить, пройдёт ли поставка через новую логистическую цепочку, прежде чем отправлять крупную партию конечному получателю; оба фигуранта позже признали вину. В деле TROS (компания Сергея и Александра Ушко) обвинение описывало закупку станков через посредника в третьей стране для последующей отправки конечному пользователю. А в 2025 году постоянный житель Нью-Джерси, гражданин США и России Вадим Ермоленко, был приговорён к 30 месяцам лишения свободы за участие в сети, которая пыталась закупать боеприпасы и чувствительную электронику двойного назначения для структур, связанных с российскими военными и спецслужбами. Ни в одном из этих дел международные посреднические юрисдикции сами по себе ни в чём не обвинялись — обвинение строилось исключительно вокруг конкретных физлиц и подставных компаний, которые сознательно вводили в заблуждение и продавца, и перевозчика.
Дубай, Алматы, Ташкент: география закупок расширяется
В августе и в октябре 2024 года Минфин, Госдепартамент и Бюро промышленности и безопасности Министерства торговли США провели две крупные скоординированные волны санкций против сетей, обеспечивающих российский военно-промышленный комплекс микроэлектроникой и станками с ЧПУ. В общей сложности речь шла о нескольких сотнях физлиц и компаний почти в двадцати юрисдикциях. Среди стран, где были зарегистрированы отдельные компании, попавшие под санкции, официальные документы называют, среди прочих, Гонконг, Китай, Индию, Турцию, Швейцарию — а также ОАЭ, Казахстан, Киргизию и Узбекистан. Важно понимать контекст: эти четыре страны упомянуты в тех же материалах, что и крупнейшие финансовые и промышленные центры мира, — просто потому, что через любой активно растущий деловой хаб проходит колоссальный легальный товарооборот, и статистически там же периодически обнаруживаются отдельные недобросовестные посредники. Сами регуляторы этих стран, по данным профильных юридических изданий, всё активнее сотрудничают с американскими и европейскими коллегами именно для того, чтобы отделить подавляющее большинство законного бизнеса от единичных мошеннических схем.
Крипто-биржа с фамильярным «no KYC»: дело Bitzlato
В январе 2023 года прокуратура Восточного округа Нью-Йорка предъявила обвинение Анатолию Легкодымову, основному владельцу зарегистрированной в Гонконге криптобиржи Bitzlato: по данным следствия, через платформу прошло более 700 миллионов долларов операций, связанных с нелегальной деятельностью, включая расчёты, привязанные к крупнейшему на тот момент даркнет-рынку. Во внутренней переписке компании, которую цитирует обвинение, сам Легкодымов называл часть пользователей биржи «известными жуликами» — редкий случай, когда комплаенс-отчёт компании и обвинительное заключение совпадают почти дословно. Документы у клиентов при этом почти не спрашивали. Задержали Легкодымова не за океаном, а в Майами: он лично администрировал биржу из Флориды. Мораль для любителей фразы «сервер за границей»: если хоть один ключевой человек хоть иногда открывает ноутбук на территории США — вопрос юрисдикции закрывается ещё до начала спора о юрисдикции, примерно как спор о том, идёт ли дождь, когда вы уже стоите под ним мокрый.
Персональный список: Shelbit, Nobitex и сеть братьев Заррингалам
Летом 2026 года OFAC внесла в санкционный список зарегистрированную предпринимателем-эмигрантом криптоплатформу Shelbit и её основателя Сиаваша Кайванпура — по данным Reuters и самого Минфина, через площадку прошло порядка четырёх миллиардов долларов в рамках схемы, связанной с иранским центробанком и структурами, которых Израиль связывает с Корпусом стражей исламской революции. Ещё раньше под санкции попала иранская биржа Nobitex и сеть компаний, которую Минфин связал с братьями Заррингалам — офшорные и торговые структуры, зарегистрированные их бенефициарами на территории нескольких юрисдикций для расчётов, связанных с иранским военным ведомством. Показательно, что о части этих схем впервые публично заговорил местный регулятор рынка виртуальных активов — то есть именно внутренний надзор, а не только американские следователи, отреагировал на подозрительную активность.
«Институты, торгующие криптовалютой, не выше закона, а их владельцы не вне досягаемости», — говорили федеральные прокуроры по делу Bitzlato. Формула универсальная: она работает независимо от того, из какого города мира человек управляет платформой.
Ещё один сюжет из того же ряда — компания Blue Sky General Trading LLC, торговая структура, которую Минфин США описал как использующую статус одного из деловых центров региона для расчётов в интересах иранских бенефициаров, скрытых за фасадом обычной торговой фирмы. И здесь обвинение было адресовано не юрисдикции регистрации, а конкретным бенефициарным владельцам, сознательно скрывавшим конечных получателей средств.
Деньги любят счёт: почему OFAC смотрит не только на товар
Отдельная категория дел — не про товар, а про деньги, и она касается не только Ирана. В феврале 2024 года OFAC назначила первые санкции против компаний, помогавших российским банкам подключаться к альтернативным платёжным сервисам и виртуальным активам в обход международной финансовой системы, а год спустя расширила список ещё на полтора десятка структур в финтех-секторе России. В августе 2026 года OFAC внесла в санкционный список десять физлиц, которых ведомство описывает как курьерскую сеть: люди перемещались между несколькими странами региона на обычных коммерческих авиарейсах, физически провозя наличность в интересах организации, признанной в США террористической. Мы намеренно не будем реконструировать здесь детали маршрутов или расчётных схем — это работа следствия, а не тема для колонки, и с профессиональной точки зрения куда важнее другое: как только в цепочке платежей появляется хотя бы один доллар или хотя бы один банк, которому важно сохранить корреспондентский счёт в Нью-Йорке, — начинают действовать вторичные санкции. OFAC вправе ограничить иностранному банку доступ к корреспондентскому счёту в США, если банк «сознательно проводит значимую операцию» в пользу лица из санкционного списка. Для регионального банка это зачастую куда более серьёзный аргумент, чем сами иранские или российские контрагенты, — и именно поэтому банки в деловых центрах региона год от года ужесточают собственный комплаенс, а не наоборот.
Доктрина «длинных рук»: почему офис не в Майами не спасает от Майами
Здесь — суть, ради которой стоило писать эту колонку. Классическое возражение клиента: «У меня нет офиса в США, нет американских сотрудников, чего вы ко мне пристали?» Отвечаю честно: пристаю не я, пристаёт статут. Юрисдикция США по санкционным и экспортным делам строится не на офисе, а на нескольких независимых «крючках» — и обычно достаточно сработать хотя бы одному:
- Гражданство или статус резидента. Любой гражданин США или обладатель грин-карты обязан соблюдать санкции OFAC независимо от того, где физически находится и в какой стране зарегистрирован его бизнес.
- Регистрация компании. Delaware, Wyoming, Флорида — регистрация юрлица в США делает саму компанию «US person» для целей санкционного права, даже если вся операционная деятельность идёт из другой страны.
- Расчёты в долларах. Практически любой перевод в USD физически клирингуется через корреспондентские банки на территории США — этого достаточно, чтобы транзакция считалась совершённой «в пределах или через территорию США».
- Инфраструктура на территории США. Хостинг, облачные сервисы, платёжный шлюз, размещённые в американском дата-центре, — самостоятельное основание для юрисдикционной привязки, отдельно от вопроса гражданства учредителей.
По отдельности каждый критерий звучит как «это не про меня». Проблема в том, что у бизнеса с оборотом в несколько миллионов долларов в год почти неизбежно наберётся хотя бы один: доллар в расчётах — практически гарантирован, американский облачный провайдер — статистически вероятен, партнёр или инвестор с гражданством США — обычное дело для международного бизнеса. Соберите два-три критерия вместе — и вопрос юрисдикционной привязки перестаёт быть вопросом «если» и становится вопросом «когда именно об этом узнает банк-корреспондент». Обычно узнаёт быстрее, чем хотелось бы, и вежливости в этом узнавании немного.
Что с этим делать
Хорошая новость: юрисдикция США — это не приговор, а рамка, внутри которой можно и нужно выстраивать защиту заранее — через предварительный санкционный due diligence, лицензии OFAC там, где они применимы, и грамотную структуру расчётов. Плохая новость: большинство клиентов приходят к адвокату уже после письма банка о заморозке счёта, а не до него. Наша практика — на стыке международного бизнеса, санкционного комплаенса и федеральной защиты: Адвокаты Arkady Bukh Law Firm говорят по-русски и ведут дела в деловых центрах региона не реже, чем в Нью-Йорке, и регулярно сталкиваются именно с этими вопросами.
Если ваш бизнес работает с контрагентами в регионе, где санкционные риски растут быстрее, чем успевают меняться комплаенс-политики банков, — лучше проверить структуру расчётов до звонка из OFAC, а не после. На федеральном уровне наша практика ведёт дела по экстрадициям и вопросам OFAC по всему миру, а также во всех федеральных округах США — так что «у нас в городе нет вашего суда» тоже, увы, не аргумент. Arkady Bukh Law Firm· arkadybukhlawfirm.com
Материал носит общий информационный и журналистский характер, основан на открытых пресс-релизах Минфина и Минюста США и материалах СМИ (Reuters, Минфин США, Минюст США) и не является юридической консультацией применительно к какой-либо конкретной ситуации.